Это неофициальный перевод решения литовского суда, предоставленный только для ознакомления. Приоритет имеет оригинал на литовском языке. Читать оригинал (на литовском)

Гражданское дело № [обезличено]

Номер судебного процесса [обезличено]

Категории процессуального решения: 2.6.10.5.2.1; 3.1.7.6; 3.3.1.19.2

ВИЛЬНЮССКИЙ ОКРУЖНОЙ СУД

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

29 сентября 2026 г.

Вильнюс

Судебная коллегия по гражданским делам Вильнюсского окружного суда в составе [обезличено], [обезличено] и [обезличено] (председательствующая и судья-докладчик) в судебном заседании в порядке апелляционного письменного производства рассмотрела гражданское дело по апелляционной жалобе апеллянта (ответчика) [обезличено] на решение Вильнюсского регионального районного суда от 10 апреля 2026 г. по гражданскому делу по иску истца — бюджетного учреждения Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства к ответчику [обезличено] о взыскании долга.

Суд

установил:

I. Существо спора

1. Истец — бюджетное учреждение (далее — БУ) Национальное платёжное агентство при Министерстве сельского хозяйства (далее — истец) — иском просил взыскать с ответчика [обезличено] (далее — ответчик, руководитель) возмещение имущественного вреда в размере 49 458,76 евро.

2. Иском истец по существу просил взыскать с ответчика, бывшего руководителя закрытого акционерного общества (далее — UAB) [обезличено] (далее — получатель поддержки, компания), возмещение имущественного вреда в размере 49 458,76 евро, соответствующее выплаченной получателю поддержки и не возвращённой поддержке на лесоразведение, уход за лесом и его охрану. По утверждению истца, ответчик, будучи руководителем получателя поддержки, отвечал за надлежащее исполнение обязательств, принятых в заявке от 24 марта 2011 г. и в Проекте лесоразведения, а также требований правовых актов, регулирующих предоставление поддержки. Он должен был обеспечить надлежащую реализацию проектов, лесоразведение, уход за лесом и его охрану, а также то, чтобы на шестой год после лесоразведения плотность насаждений на обоих участках соответствовала требованиям предоставления поддержки.

[…]

II. Существо решения суда первой инстанции

16. Решением от 10 апреля 2026 г. (далее — обжалуемое решение) Вильнюсский региональный районный суд иск удовлетворил полностью.

17. Суд указал, что фидуциарные обязанности руководителя юридического лица направлены на юридическое лицо, поэтому их нарушение само по себе не даёт кредитору права предъявить руководителю прямой иск, однако кредитор может предъявить прямой иск руководителю компании на общих основаниях деликтной ответственности, если докажет, что неправомерные действия руководителя были направлены именно на нарушение прав конкретного кредитора и вследствие них этому кредитору причинён индивидуальный вред. В таком случае должны быть установлены неправомерные действия, вред, причинно-следственная связь и вина. В данном случае истец уточнил, что требование к ответчику как к бывшему руководителю компании предъявляет именно на основании прямого иска.

[…]

III. Доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё

25. Ответчик [обезличено] апелляционной жалобой просит отменить обжалуемое решение и принять новое решение — иск отклонить либо передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Апелляционная жалоба обоснована следующими доводами:

[…]

26. Истец БУ Национальное платёжное агентство при Министерстве сельского хозяйства отзывом просит апелляционную жалобу ответчика отклонить как необоснованную. Отзыв обоснован следующими доводами:

[…]

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции

констатирует:

IV. Обстоятельства дела, доводы и выводы, установленные судом апелляционной инстанции

27. Пределы рассмотрения дела в апелляционном порядке составляют фактическое и правовое основание апелляционной жалобы, а также проверка абсолютных оснований недействительности решения (ч. 1 ст. 320 Гражданского процессуального кодекса Литовской Республики (далее — ГПК)). Суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность обжалуемого решения суда, анализируя доводы, изложенные в жалобе, за исключением предусмотренных законом случаев. Пределы апелляционной жалобы могут быть превышены, когда этого требует общественный интерес и без выхода за пределы жалобы были бы нарушены права и законные интересы лица, общества или государства. Независимо от пределов апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции ex officio (по должности) проверяет, нет ли предусмотренных ст. 329 ГПК абсолютных оснований недействительности решения (ч. 2 ст. 320 ГПК).

28. Предмет апелляции составляет проверка законности и обоснованности решения Вильнюсского регионального районного суда от 10 апреля 2026 г., которым требование истца о взыскании долга удовлетворено полностью.

О существенных фактических обстоятельствах дела.

29. По данным дела, [обезличено] основана 2 февраля 2011 г. Директором и акционером предприятия с момента его основания был ответчик.

[…]

31. Отдел землеустройства [обезличено] БУ Национальной земельной службы при Министерстве сельского хозяйства 28 февраля 2011 г. выдал разрешение на лесоразведение на участке нелесной земли, которым компании предоставлено право осуществить лесоразведение на площади 3,10 га [обезличено]. В Проекте лесоразведения и лесовозобновления от 7 марта 2011 г. собственником или владельцем земли указана компания. Место лесоразведения и лесовозобновления [обезличено]. Разводится 2,575 га. Из них засаживается (высаживается) 1,759 га. Начало реализации проекта — весна 2011 г. Способ лесовосстановления и лесоразведения — посадка. Указаны меры защиты. Проект лесоразведения и лесовозобновления подписал ответчик.

32. Отдел землеустройства [обезличено] БУ Национальной земельной службы при Министерстве сельского хозяйства 28 февраля 2011 г. выдал разрешение на лесоразведение на участке нелесной земли, которым компании предоставлено право осуществить лесоразведение на площади 4,12 га [обезличено]. В Проекте лесоразведения и лесовозобновления от 7 марта 2011 г. собственником или владельцем земли указана компания. Место лесоразведения и лесовозобновления [обезличено]. Разводится 3,700 га. Из них засаживается (высаживается) 3,114 га. Начало реализации проекта — весна 2011 г. Способ лесовосстановления и лесоразведения — посадка. Указаны меры защиты. Проект лесоразведения и лесовозобновления подписал ответчик.

33. В справках агентства [обезличено] района Вильнюсского регионального департамента охраны окружающей среды от 25 мая 2011 г. и 2 июня 2011 г. об оценке качества работ по лесоразведению указано, что по результатам проверки качества работ по лесоразведению выставлена оценка «хорошо».

34. Уведомлением Вильнюсского отдела администрирования поддержки Департамента программ развития села и рыбного хозяйства БУ Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства от 21 июня 2011 г. № [обезличено] «Об утверждении получателя поддержки по мероприятию «Первичное облесение неиспользуемых в сельском хозяйстве и заброшенных сельскохозяйственных земель» направления II «Улучшение окружающей среды и ландшафта» Программы развития сельских районов Литвы на 2007–2013 годы» компания была проинформирована, что 15 июня 2011 г. она утверждена в качестве получателя поддержки.

35. В листах оценки качества лесных насаждений и молодняков от 8 ноября 2017 г. указано, что качество лесных насаждений и молодняков «удовлетворительное».

36. БУ Государственная лесная служба 9 ноября 2017 г. выдала справку об оценке качества лесных насаждений и молодняков, в которой указано, что общая оценка качества лесных насаждений и молодняков на седьмой год их роста на земельном участке [обезличено] — «плохая».

37. Решением Вильнюсского отдела администрирования поддержки Департамента программ развития села и рыбного хозяйства БУ Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства от 21 марта 2019 г. было принято решение вернуть выплаченную сумму поддержки в размере 49 458,76 евро (29 299,96 евро за лесоразведение + 20 158,80 евро за уход за лесом и его охрану).

[…]

39. О решении истца от 21 марта 2019 г. ответчик был проинформирован письмом истца от 19 апреля 2019 г. № [обезличено] «О возврате образовавшегося долга», письмо отправлено [обезличено].

40. Решением Вильнюсского окружного административного суда от 16 января 2020 г. по административному делу № [обезличено] жалоба заявителя — компании — на решение истца о возврате выплаченной компании суммы поддержки отклонена как необоснованная. Определением Верховного административного суда Литвы от 19 мая 2021 г. по административному делу № [обезличено] решение Вильнюсского окружного административного суда от 16 января 2020 г. оставлено без изменения.

41. Вильнюсский окружной административный суд 10 ноября 2021 г. выдал истцу исполнительный лист. Судебный пристав-исполнитель [обезличено] 11 ноября 2021 г. вынесла постановление о принятии исполнительного документа к исполнению, которым приняла к исполнению представленный ей взыскателем (его представителем) документ.

42. Судебный пристав-исполнитель [обезличено] 13 декабря 2021 г. составила уведомление об аресте имущества, в котором указала, что арестовывает принадлежащее компании на праве собственности имущество. 13 декабря 2021 г. пристав арестовала земельный участок [обезличено] и земельный участок [обезличено].

43. Компания 25 января 2025 г. исключена из Регистра юридических лиц путём ликвидации по инициативе управляющего регистром на основании ст. 2.70 ГК.

44. Судебный пристав-исполнитель [обезличено] 30 июня 2025 г. составила акт о невозможности взыскания, поскольку предприятие было ликвидировано 16 января 2025 г. 1 июля 2025 г. пристав вынесла постановление об окончании исполнительного производства и возврате электронного исполнительного документа, которым исполнительное дело № [обезличено] было окончено, а исполнительный документ № [обезличено] возвращён взыскателю.

45. После предъявления истцом к ответчику прямого иска о взыскании долга суд первой инстанции, установив все условия общей деликтной ответственности, иск удовлетворил полностью.

Об аргументах апелляционной жалобы.

46. При рассмотрении дела в суде первой инстанции истец обосновал требование к ответчику его прямой деликтной гражданско-правовой ответственностью перед истцом как кредитором компании. Суд первой инстанции признал это требование обоснованным, констатировав, что ответчик, будучи руководителем компании, недостаточно оценил риски реализации проекта, не обеспечил надлежащую защиту насаждений и не информировал истца о возникших проблемах, а из-за ненадлежащей реализации проекта у компании возникла обязанность вернуть поддержку, которую компания не вернула.

47. В апелляционной жалобе ответчик с такой оценкой его гражданско-правовой ответственности не согласен. Утверждает, что суд первой инстанции необоснованно отождествил допущенные компанией нарушения при реализации проекта поддержки и обязанности ответчика как руководителя компании с его личной деликтной ответственностью перед истцом. По утверждению апеллянта, по делу не установлено самостоятельных неправомерных действий ответчика, направленных именно на нарушение прав истца как конкретного кредитора, а также не доказана прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и неудовлетворением требования истца к компании. Апеллянт также указывает, что истец не исчерпал всех возможностей взыскать долг с самой компании, хотя в ходе исполнительного производства было арестовано принадлежащее компании недвижимое имущество.

48. Судебная коллегия эти доводы апелляционной жалобы по существу признаёт обоснованными.

49. При решении вопроса об обоснованности этих доводов апелляционной жалобы существенное значение имеет не то, надлежащим ли образом компания исполняла принятые получателем поддержки обязательства и надлежащим ли образом ответчик организовывал деятельность компании, а то, установлены ли по делу условия, при которых кредитор юридического лица вправе требовать возмещения вреда непосредственно с руководителя юридического лица.

50. В соответствии с ч. 3 ст. 2.82 и ст. 2.87 ГК обязанности руководителя юридического лица в первую очередь направлены на юридическое лицо. Самостоятельность гражданско-правовой ответственности юридического лица и его руководителя означает, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства юридическим лицом само по себе не создаёт аналогичного личного обязательства его руководителя. Кассационный суд разъяснил, что законы не устанавливают общего основания ответственности руководителя юридического лица перед кредиторами юридического лица, поэтому одного лишь нарушения обязанностей руководителя перед компанией недостаточно для возникновения его личной гражданско-правовой ответственности перед конкретным кредитором. Если юридическое лицо нарушило требования правовых актов и вследствие этого наступили негативные имущественные последствия, их возмещение само по себе не может быть перенесено на руководителя юридического лица (определение Верховного суда Литвы от 29 сентября 2020 г. по гражданскому делу № e3K-3-232-701/2020).

51. Для удовлетворения прямого иска кредитора к руководителю компании должно быть установлено, что неправомерные действия руководителя были направлены именно на нарушение прав конкретного кредитора и вследствие этих действий кредитору причинён непосредственный вред. Такая неправомерность может проявляться во введении кредитора в заблуждение, предоставлении недостоверной информации или иных недобросовестных действиях, направленных на конкретного кредитора. Если такой самостоятельный деликт руководителя не установлен, требование кредитора к руководителю не может быть удовлетворено лишь потому, что юридическое лицо не исполнило своё обязательство перед кредитором (определение Верховного суда Литвы от 26 мая 2021 г. по гражданскому делу № e3K-7-30-969/2021).

52. В данном случае вступившими в законную силу процессуальными решениями административных судов разрешён вопрос об обязанности компании как получателя поддержки вернуть выплаченную поддержку. Решением Вильнюсского окружного административного суда от 16 января 2020 г. по административному делу № [обезличено] жалоба компании на решение истца о возврате выплаченной поддержки отклонена, а определением Верховного административного суда Литвы от 19 мая 2021 г. по административному делу № [обезличено] решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Таким образом, обязанность компании вернуть выплаченную ей поддержку установлена вступившими в законную силу процессуальными решениями судов и в этом деле заново не оценивается.

53. Однако суд апелляционной инстанции отмечает, что обязанность компании вернуть поддержку и личная деликтная гражданско-правовая ответственность ответчика как бывшего руководителя компании перед истцом — разные правовые вопросы. Кассационный суд разъяснил, что на основании решения администрирующего органа о возврате средств может возникнуть обязанность исполнителя проекта — юридического лица — вернуть выплаченные средства, но на основании такого решения сама по себе не возникает обязанность членов органов управления юридического лица вернуть средства, не взысканные с юридического лица. Такая обязанность члена органа управления может возникнуть только при установлении самостоятельных условий его гражданско-правовой ответственности, в том числе того, что его неправомерные действия были направлены на нарушение прав конкретного кредитора и именно вследствие этих действий кредитору причинён непосредственный вред (определение Верховного суда Литвы от 26 мая 2021 г. по гражданскому делу № e3K-7-30-969/2021).

54. Неправомерные действия ответчика суд первой инстанции по существу связал с тем, что он, будучи руководителем компании и зная о принятых компанией обязательствах, недостаточно оценил риск со стороны диких животных, не обеспечил достаточную защиту насаждений, не информировал истца о проблемах, возникших в ходе реализации проекта, и не обеспечил возврат поддержки после принятия решения о её возврате. По оценке судебной коллегии, эти обстоятельства не подтверждают необходимую для прямого иска кредитора неправомерность действий ответчика.

55. Обстоятельства, связанные с защитой насаждений, оценкой риска со стороны диких животных и иными вопросами реализации проекта, характеризуют исполнение принятых компанией обязательств и действия ответчика как руководителя компании по организации деятельности компании. Даже если признать, что ответчик исполнял эти обязанности ненадлежащим образом, это само по себе не означает, что он совершил неправомерные действия в отношении истца как конкретного кредитора. Юридическое лицо действует через свои органы, однако из-за этого каждое нарушение обязательства юридического лица нельзя отождествлять с личным деликтом его руководителя перед кредитором. Противоположное толкование означало бы, что руководитель компании лишь в силу занимаемой должности становился бы ответственным по всем неисполненным обязательствам компании.

56. В данном случае по делу не установлено, что ответчик вводил истца в заблуждение относительно реализации проекта, предоставлял ему недостоверные данные, скрывал существенную информацию с целью получить или сохранить поддержку, распоряжался имуществом компании с целью избежать исполнения именно требования истца или совершал иные недобросовестные действия, направленные конкретно на истца. Таким образом, обстоятельства, установленные судом первой инстанции, могут быть существенны при оценке исполнения обязательств компании и действий ответчика при руководстве компанией, однако они не подтверждают самостоятельного деликта ответчика в отношении истца.

57. Судебная коллегия также не согласна с выводом суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи. Суд первой инстанции решил, что вред, понесённый истцом, был вызван действиями ответчика как руководителя компании при реализации проекта поддержки — недостаточной оценкой риска причинения животными вреда саженцам деревьев, необеспечением защиты саженцев и неинформированием истца о сложившейся ситуации. По оценке суда первой инстанции, из-за этих действий проект был реализован ненадлежащим образом, поэтому у компании возникла обязанность вернуть выплаченную поддержку. Вместе с тем такая последовательность обстоятельств подтверждает возникновение обязательства компании перед истцом, но сама по себе не подтверждает причинно-следственной связи между личными действиями ответчика и тем, что это обязательство компании впоследствии не было исполнено, а требование истца к компании в итоге осталось неудовлетворённым.

58. В этом аспекте существенно то, что обязанность вернуть поддержку лежала на компании. Вильнюсский окружной административный суд 10 ноября 2021 г. выдал истцу исполнительный лист, а 11 ноября 2021 г. исполнительный документ был принят к исполнению. Компания исключена из Регистра юридических лиц 16 января 2025 г. Таким образом, с начала принудительного взыскания до исключения компании из регистра прошло более трёх лет.

59. В ходе исполнительного производства 13 декабря 2021 г. было арестовано принадлежащее компании недвижимое имущество, однако по данным дела до исключения компании из регистра оно не было реализовано. Суд первой инстанции обоснованно указал, что обязанность организовать реализацию арестованного имущества лежит на судебном приставе-исполнителе, а не на взыскателе. Тем не менее это обстоятельство само по себе не означает, что поведение истца в исполнительном производстве не имеет никакого значения при оценке причин, по которым его требование к компании осталось неудовлетворённым. Истец, будучи непосредственно заинтересован в результате исполнительного производства, вправе был интересоваться ходом исполнительного производства, пользоваться предоставленными ему как взыскателю процессуальными правами, подавать приставу ходатайства и иными законными средствами добиваться реального исполнения исполнительного документа.

60. Кроме того, в ходе процедуры ликвидации юридического лица по инициативе управляющего регистром кредитору в предусмотренных законом случаях также предоставляются средства защиты его законных интересов. На условиях, установленных ст. 2.70 ГК, кредитор, имеющий неисполненный исполнительный документ, вправе обратиться в суд об отмене инициированной ликвидации юридического лица. В деле нет данных о том, что истец воспользовался этим или другими доступными ему средствами, чтобы предотвратить исключение компании из регистра, хотя его требование к компании на тот момент ещё не было удовлетворено.

61. Уполномоченный представитель истца пояснил, что истец не обратился об отмене ликвидации, поскольку не успел: исполнительное дело было передано на исполнение судебному приставу и ожидалось, пока тот примет решение. Однако обстоятельство, что ожидались действия пристава в исполнительном производстве, само по себе не объясняет, почему истец не воспользовался предоставленным ему законом как кредитору компании самостоятельным средством защиты прав, предназначенным для предотвращения исключения юридического лица из регистра. Тем более что исключение компании из регистра могло иметь непосредственное значение для возможности дальнейшего взыскания с неё долга.

62. Вместе с тем эти обстоятельства не означают, что на истца переносится обязанность обеспечить успешное принудительное взыскание. Однако они существенны как при оценке причинно-следственной связи между действиями ответчика и вредом, понесённым истцом, так и при оценке того, было ли достаточно оснований констатировать, что сама компания объективно и очевидно не могла удовлетворить требование истца. Рассмотренные обстоятельства исполнительного производства и исключения компании из регистра не позволяют заключить, что были исчерпаны реальные возможности удовлетворить требование истца за счёт имущества компании и что его неудовлетворение было вызвано именно объективной неспособностью компании рассчитаться. Они также не дают достаточного основания для вывода, что возможности истца вернуть долг с компании были обусловлены именно действиями ответчика, связанными с прежней реализацией проекта поддержки.

63. По оценке суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции при решении вопроса о гражданско-правовой ответственности ответчика по существу отождествил ненадлежащее исполнение компанией обязательств получателя поддержки, обязанность ответчика как руководителя компании организовывать деятельность компании и неисполнение обязательства компании перед истцом. Однако допущенное компанией нарушение условий поддержки и возникшая из него обязанность вернуть поддержку не являются достаточным основанием для переноса того же имущественного обязательства на руководителя компании. Для этого необходимо установить его самостоятельный деликт в отношении конкретного кредитора и причинно-следственную связь между таким деликтом и вредом, причинённым кредитору. В данном случае, по оценке суда апелляционной инстанции, названные условия не установлены.

64. Судебная коллегия также отмечает, что одно лишь обстоятельство, что компания впоследствии была исключена из регистра и поэтому истец больше не может обратить взыскание на юридическое лицо, не меняет правовой оценки действий ответчика. Исключение юридического лица из регистра само по себе не создаёт для его бывшего руководителя ответственности по неисполненным обязательствам юридического лица. Противоположный вывод означал бы, что условия прямого иска к руководителю определялись бы не по характеру его собственных действий, а по сложившемуся впоследствии правовому и имущественному положению юридического лица. Это не соответствовало бы разграничению гражданско-правовой ответственности юридического лица и его руководителя, а также сформированным кассационным судом условиям применения прямого иска кредитора.

65. С учётом этого судебная коллегия констатирует, что суд первой инстанции ненадлежащим образом истолковал и применил нормы материального права, регулирующие прямую деликтную гражданско-правовую ответственность руководителя юридического лица перед кредитором компании. Поскольку истец не доказал самостоятельных, направленных именно на нарушение его прав неправомерных действий ответчика и причинно-следственной связи между такими действиями и вредом, понесённым истцом, нет оснований констатировать гражданско-правовую ответственность ответчика по ст. 6.263 ГК.

Об исходе процессуального дела.

66. С учётом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции по существу надлежащим образом установил существенные для дела фактические обстоятельства, но ненадлежащим образом их оценил, решая вопрос о прямой деликтной гражданско-правовой ответственности ответчика перед истцом.

67. Суд первой инстанции необоснованно признал обстоятельства, связанные с ненадлежащим исполнением принятых компанией обязательств и действиями ответчика как руководителя компании по организации деятельности компании, достаточными для констатации личной гражданско-правовой ответственности ответчика перед кредитором компании, хотя по делу не установлено самостоятельных неправомерных действий ответчика, направленных именно на нарушение прав истца, и причинно-следственной связи между такими действиями и вредом, понесённым истцом. Поэтому есть основание обжалуемое решение суда первой инстанции отменить и принять новое решение — иск истца отклонить (п. 2 ч. 1 ст. 326 ГПК).

О судебных расходах в суде первой инстанции.

68. В соответствии с ч. 5 ст. 93 ГПК, если суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и принял новое решение, судебные расходы сторон, понесённые в суде первой инстанции, соответственно перераспределяются.

69. По данным дела, ответчик в суде первой инстанции понёс судебные расходы в размере 1 750,00 евро, доказательства их размера и оплаты представлены в деле. Поскольку суд апелляционной инстанции иск истца отклонил полностью, ответчик считается стороной, в пользу которой принято процессуальное решение, поэтому с истца в его пользу подлежат взысканию судебные расходы, понесённые в суде первой инстанции, в размере 1 750,00 евро.

70. Суд первой инстанции, полностью удовлетворив иск, взыскал с ответчика в пользу государства 967,00 евро государственной пошлины, от уплаты которой истец освобождён на основании п. 10 ч. 1 ст. 83 ГПК. Поскольку суд апелляционной инстанции иск отклонил полностью, оснований для взыскания этой государственной пошлины с ответчика нет.

71. В суде первой инстанции расходы на отправку процессуальных документов составили 4,62 евро. Учитывая, что эта сумма не превышает установленной приказом министра юстиции Литовской Республики и министра финансов Литовской Республики от 7 ноября 2011 г. № 1R-261/1K-355 минимальной суммы судебных расходов, подлежащих взысканию в пользу государства, — 8 евро, расходы на отправку процессуальных документов в пользу государства не взыскиваются.

О судебных расходах в суде апелляционной инстанции.

72. Частью 1 ст. 93 ГПК установлено, что стороне, в пользу которой принято решение, суд присуждает понесённые ею судебные расходы с другой стороны, даже если последняя освобождена от уплаты судебных расходов в бюджет государства.

73. Ответчик в суде апелляционной инстанции понёс судебные расходы в размере 1 767,00 евро, состоящие из 800,00 евро расходов на подготовку апелляционной жалобы (счёт за юридические услуги [обезличено]; платёж от 5 мая 2026 г.) и 967,00 евро государственной пошлины, уплаченной за апелляционную жалобу.

74. Поскольку апелляционная жалоба ответчика удовлетворяется полностью, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию судебные расходы, понесённые в суде апелляционной инстанции, в размере 1 767,00 евро (ч. 1 ст. 93 ГПК).

Руководствуясь ст. 290–291 и п. 2 ч. 1 ст. 326 Гражданского процессуального кодекса Литовской Республики, судебная коллегия суда апелляционной инстанции

решила:

отменить решение Вильнюсского регионального районного суда от 10 апреля 2026 г. и принять новое решение — иск истца, бюджетного учреждения Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства, к ответчику [обезличено] о взыскании долга отклонить.

Взыскать в пользу ответчика [обезличено] (личный код [обезличено]) с бюджетного учреждения Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства (код юридического лица [обезличено]) 1 750,00 евро (одну тысячу семьсот пятьдесят евро) судебных расходов, понесённых при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Взыскать в пользу ответчика [обезличено] (личный код [обезличено]) с бюджетного учреждения Национального платёжного агентства при Министерстве сельского хозяйства (код юридического лица [обезличено]) 1 767,00 евро (одну тысячу семьсот шестьдесят семь евро) судебных расходов, понесённых при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Настоящее решение Вильнюсского окружного суда вступает в силу со дня его принятия.

Судьи [обезличено], [обезличено], [обезличено]